Вторник, 21.11.2017, 09:34 Главная | Регистрация | Вход

Категории каталога

Общая биополитика [9]
Сетевые структуры в БС и ЧО [19]
Сетевые структуры в биосистемах и человеческом обществе
Биополитика и микробиология [12]
Материалы - МОИП [5]

Форма входа

Приветствую Вас Гость!

Поиск

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Каталог статейКаталог статей
Главная » Статьи » Сетевые структуры в БС и ЧО

Социальные шапероны

Тематика настоящей краткой статьи (типа «служебной записки») весьма актуальна в связи с предстоящей и уже начавшейся ныне трансформации человеческого социума, которая в первую очередь связана с распространением в различных сферах социума, особенно в сферах бизнеса и политики, децентрализованных кооперативных сетевых структур. Как показывает само название, речь идет об объединениях людей или целых групп (организаций, предприятий и др.), в которых нет единого лидера (доминанта, босса, начальника…), а все функционирование таких структур определяется сложными взаимодействиями между частичными лидерами. Подобные структуры противопоставляются централизованным иерархиям, имеющим единого лидера (босса, доминанта). В то же время не всякая не-иерархическая структура есть сеть в нашем понимании. Сетевыми структурами не являются структуры типа рынков в человеческом социуме, где преобладает не кооперация, а конкуренция между элементами структуры. В дальнейшем мы будем говорить просто «сетевые структуры», или «сети», имея в виду только децентрализованные кооперативные структуры. Подобные децентрализованные структуры успешно распространяются в различных сферах общества – в роли междисциплинарных научно-исследовательских лабораторий, художественных «богемных» артелей, сетевых коммерческих предприятий разного размера и ранга, образовательных технологий (особенно в режиме интерактивного обучения с образованием творческих команд среди учащихся), нетрадиционных воинских формирований, костяка неправительственных организаций и движений в составе гражданского общества.

Несмотря на очевидную специфику человеческого социума как уникальной системы, закономерности и паттерны его развития в достаточно существенной мере аналогичны таковым многих биологических систем (на этих глубинных аналогиях во многом основано такое междисциплинарное научное направление как биополитика). В частности, в биосистемах мы наблюдаем аналоги «человеческих» сетевых структур в многообразных организационных вариантах (см. Олескин А. В. Сетевые структуры, иерархии и (квази)рынки в биосистемах, человеческом обществе и технических информационных системах. Критерии классификации // Сложные системы. 2014. № 2. С.42-64; Олескин А.В., Курдюмов В.С. Сетевые структуры: опции в мире живого и человеческом социуме.  О сетевом социализме // Экономические стратегии. 2015.  № 7. С.2-13); в биосистемах имеются также аналоги иерархий и (квази)рыночных структур человеческого общества.

Развитие сетевых структур как в биосистемах, так и в человеческом социуме в существенной мере определяется не директивным воздействием извне, а внутренней самоорганизацией. Самоорганизация характерна уже на молекулярном уровне; так, очищенный денатурированный (т.е. лишенный функциональной конформации) фермент рибонуклеаза, как известно, самопроизвольно восстанавливает свою конформацию, укладываясь так, чтобы получился нормально функционирующий фермент. Спонтанно самособираются частицы вируса  табачной мозаики и субъединицы (структурные компоненты) бактериальных рибосом.

Как в биосистемах, так и в социуме спонтанная самоорганизация имеет свои пределы, за которыми возникает необходимость корректирующего воздействия извне. В случае биополимеров следует подчеркнуть, что, например, «взаимодействия внутри и между полипептидами и другими молекулами должны контролироваться, чтобы уменьшить вероятность формирования «неправильных» структур, т.е. структур, которые не обладают функциями, требуемые их биологическим контекстом» (Ellis J., van der Vies S. Molecular chaperones // Annual. Review of Biochemistry. 1991. V.60. P.321-347). Аналогично, исследователи сетевых структур в человеческом социуме, в частности, в бизнесе, констатировали, что «весьма значительная часть сетевых форм организации не выполняет тех функций, ради которых они были созданы» (Podolny J. M., Page K. L. Network forms of organization // Annual Review of Sociology. 1998. V.24. P.57–76).

В человеческом социуме вопрос следует поставить и в более общей форме.  Повсеместное распространение сетевых структур в социуме – сетевая революция – неизбежно реализуется независимо от наличия контролирующих агентов, однако, как биомолекулы без контролеров извне[1], сетевое общество без специальных организаций-регуляторов может приобрести нефункциональный, деструктивный характер в силу неадекватной организации, коррупции или, что еще хуже, под влиянием «темных» сетевых структур наркоторговцев или террористов, вплоть до сетей Аль-Каиды или ИГИЛ/ДАИШ.  

Для многих молекулярно-биологических систем характерны шапероны – молекулы, которые регулируют сборку, укладку и последующее стабильное функционирование других биомолекул. В приложении к белковым молекулам различных типов шапероны способствуют правильной укладке полипептидных цепей сразу после их биосинтеза, объединению этих цепей – с возможным участием других макромолекул – в структуры более высокого уровня сложности (олигомеризации), и адекватным перестройкам полученных структур в процессе их транспорта через биомембраны и последующего функционирования. Сам термин «шаперон» (chaperone), предложенный впервые на научной конференции в Копенгагене в 1987 г. и далее появившийся на страницах журнала Nature, ранее обозначал в английском языке «лицо, сопровождавшее молодую незамужнюю женщину во время социальных событий, дабы убедиться, что эта женщина ведет себя подобающим образом» (Webster’s Dictionary Online).

В биосистемах функция шаперонов необходима потому, что «многие клеточные процессы, связанные со сборкой белков, привносят риск неправильного функционирования в связи с наличием многочисленных, разнообразных, гибких   слабых взамодействий, которые поддерживают белки в их функциональной конформации» (Ellis J., van der Vies S. Op. cit.). Аналогично, роль «человеческих шаперонов» должна состоять в том, чтобы «предотвратить некорректные взамодействия между людьми» (Webster’s Dictionary Online).

Аналоги биологических шаперонов – социальные шапероны (структуры-медиаторы) в человеческом социуме могут выполнять следующие важные функции в связи с реализацией сетевой революции:

  • Стимулирование развития и распространения децентрализованных сетевых структур во всех сферах социума, где они целесообразны. Здесь необходимо иметь в виду креативный потенциал сетевых структур, особенно при решении абстрактно сформулированных задач, когда сеть генерирует инновативные идеи. Сети, в большей мере, чем иерархии, структурно предрасположены к предоставлению своим членам не только «информационных ресурсов», но и эмоциональной поддержки, они формируют у членов особую «сетевую идентичность», связанную с принятием основополагающих целей, норм поведения, особых этических правил и др. Даже возникая по конкретному деловому поводу, организации сетевого типа склонны эволюционировать в направлении квазиобщинных структур. Даже виртуальные сети, если они приобретают устойчивый и долговременный характер, поражают психологов доверительностью, открытостью, многоаспектностью,  интимностью контактов между товарищами по веб-чату или интернет-клубу. Многоаспектность общения участников сетевых структур, приводит и ко многоаспектному охвату поставленной задачи
  • Привлечение внимания разработчиков сетевых структур в разных сферах социума   к их организационной многовариантности. Фактически сетевые структуры могут реализоваться по многим разным организационным сценариям. Здесь биология выступает как весьма ценная «кладезь идей». Различные, известные из наук о живом, варианты децентрализованных биологических структур (биологические парадигмы сетевой организации) могут дать существенную  «пищу для ума» разработчикам сетевых структур в социуме, включая его экономическую и политическую сферу. Не приравнивая человека другим формам жизни, а социальные структуры человеческого социума – биосоциальным системам различных живых существ от бактериальных колоний до групп карликового шимпанзе (бонобо), мы тем не менее можем констатировать возможность творческого применения и модификации биологических сетевых структур ради создания децентрализованных сетевых предприятий, сетевых ассоциаций в составе гражданского общества или сетевых артелей художников. С этой точки зрения весьма важен подсказываемый данными современной биологии организационный плюрализм сетевых структур в живой природе, что выражается в наличии не менее семи сетевых парадигм в живой природе – клеточной, нейронной, ризомной («грибной»), модульной («кишечнополостной»), эквипотенциальной («рыбьей»), эусоциальной («муравьиной»), эгалитарной («обезьяньей»), которые подробно рассмотрены в работах (Олескин А. В. Сетевые структуры в биосистемах и человеческом обществе. М.: УРСС, 2012; Oleskin A. V.  Network Structures in Biological Systems and in Human Society. Hauppauge (New York): Nova Science Publishers, 2014; Олескин А.В., Курдюмов В.С., ссылка дана выше)
  •  Посредничество при контактах между сетевыми и несетевыми структурами и вообще структурами различных типов (по линиям иерархии—(квази)рынки, иерархии—сети, (квази)рынки—сети) или в некоторых случаях между структурами одного и того же типа, скажем, между несколькими сетевыми структурами. Дело в том, что даже развитое сетевое общество неизбежно будет включать в себя «анклавы» несетевых структур в тех сферах социума, где они продолжают оставаться необходимыми. Так, несмотря на развитие сетевых структур в сфере гражданского общества централизованная политическая иерархия будет по-прежнему выполнять консолидирующие нацию функции, связанные с разработкой идеологии национального единства, представлением данной нации на международной арене, защитой ее интересов, укреплением обороноспособности. Налаживание конструктивных взаимодействий сетей и иерархий (в том числе бюрократий), сетей и (квази)рыночных структур, а в ряде случаев и сетевых структур между собой требует участия организаций-посредников, которые выступают как частные случаи более общего понятия социальные шапероны
  • Экспертиза и мониторинг уже существующих сетевых структур с точки зрения их контента – целей, норм и др. Установление сетевого по преобладающей организации общества в современном мире, как уже указывалось, вполне заслуживает обозначения «сетевая революция», а формирующийся новый уклад – названия «сетевая (ретикулярная) социально-экономическая формация». Оптимизация сетевой формации требует участия социальных шаперонов, целью которых должно быть регулирование надвигающейся сетевой революции в мировом масштабе и в нашей стране, улучшение качества жизни людей за счет развития «светлых» сетей гуманитарной  направленности и подавления деструктивных сетевых структур криминалитета и международного терроризма.   Именно социальные шапероны могли бы взять на себя благородную миссию гуманизации возникающей общественно-экономической формации со стимуляцией сетей миротворческой, экологической, оздоровляющей, гуманитарной направленности и с плодотворным взаимодействием с несетевыми (иерархическими, (квази)рыночными) структурами

Социальные шапероны по своей организации и целевым задачам близки к экспертным сетям и современным фабрикам мысли. Шапероны сами могут быть построены как децентрализованные сетевые структуры различного размера и уровня, отвечающие за стимулирование и медиирование деятельности других сетевых структур различного профиля: от узкоспециального (налаживание сети общественных туалетов на улице Ленина города N) до предельно общего (вплоть до кардинального вопроса о будущем всего человечества и планеты Земля в масштабах Солнечной системы). Такие регуляторные сетевые структуры должны были бы включать в себя признанных ученых, деятелей образования и экспертов по социально и политически важным проблемам. Наряду с ними, в такие шаперонные сетевые структуры могли бы входить общественные активисты, журналисты, деятели искусства, представители церкви и др.

Участие двух социальных категорий  –  политиков и крупного бизнеса – следует серьезно ограничить: во-первых, потому что активное внедрение в социальные шапероны политиков и верхушки бизнесменов угрожает, соответственно, иерархизацией и маркетизацией (превращением в подобие рынка) рассматриваемых сетевых структур; во-вторых, потому, что объективно эти категории людей выступают как контрреволюционеры – в оппозиции революционным силам в ходе сетевой трансформации социума.

Можно представить себе три основных пути формирования и распространения в социуме шаперонных сетевых структур:

1.«Низовой» путь: через объединение «простых граждан», сообща отстаивающих свои интересы (дольщиков, пациентов, учителей, экологов и др.).

2.«Верховой» путь: решением обладающих властью чиновников о создании сетевых структур ради решения тех или иных проблем, как правило, нечетких и требующих «мозговых штурмов»[2]

3.«Срединый путь» -- оптимальный вариант при комбинировании усилий «сверху» и «снизу». Представим себе, что в соответствии с директивой Всемирной организацией здравоохранения (путь сверху) в особенно проблемном по СПИДу африканском городке созываются местные активисты (путь снизу), которые решают, что необходимо координировать усилия всех имеющих отношение к ВИЧ-инфекции медицинских, научных, педагогических организаций.

Оптимальный характер «срединного пути» состоит именно в том, что сети-шапероны не должны создаваться только «путем сверху», иначе есть опасность их превращения в послушное орудие властных иерархий. В то же время сети – регуляторы развития других сетей не должны возникать и только «путем снизу», в результате объединения «простых граждан», так в этом случае велик риск недостаточной квалификации и узкого кругозора подобных «низовых сетевиков».  

Очевидно, успех мониторинговой и стимулирующей деятельности шаперонов в локальном и глобальном масштабах – по фрактальному принципу глокализма – во многом зависит от того, в какой степени они (и интеллектуалы-меритократы в их составе) приобретут социальное и политическое влияние (т.е. в какой мере надвигающаяся сетевая формация будет реальной меритократией). Голос сетей-шаперонов должен быть услышан «власть имущими», а также лидирующими представителями бизнеса. В этом случае авторитетное суждение шаперонов, например: Эта сетевая структура нуждается во всемрной стимуляции или, напротив: Эта сеть социально опасна и должна быть элиминирована или по крайней мере перепрофилирована, будет приводить к соответствующим практическим мероприятиям.

Важно вновь подчеркнуть, что сетевая трансформация общества не означает полной элиминации структур иных типов (иерархий, (квази)рынков). Последние сохраняют свои немаловажные функции в соответствующих сферах социума (национальная консолидация, оборона, защита национальных финансовых интересов и др.). Более того, нередко складываются ситуации, когда решение той или иной социально/политически важной задачи зависит от оптимального режима взаимодействия разных типов социальных структур. Поэтому в задачи сетей-шаперонов входит и установление конструктивных, оптимальных взаимоотношений между разными типами структур.

В литературе, например, в диссертационном исследовании Л. Мёлеманна, в очень сходных терминах предлагается, чтобы особые специалисты (метагувернеры, metagovernors) «создавали и реализовали ситуационно оптимальные смешанные стили управления» в сфере public management (управление на государственном и местном уровнях) (Meulemann L. Public Management and the Metagovernance of Hierarchies, Networks and Markets. Heidelberg: Physica-Verlag. 2008). Эти метагувернеры (т.е. шапероны) должны решать три взаимосвязанных задачи: 1) комбинировать элементы разных типов структур (например, иерархии и сети) в каждый данный момент; 2) переходить от одного типа структур к другому во времени; 3) обеспечивать стабильность избранного смешанного стиля управления. Например, «во время кризиса необходимо прибегнуть к иерархическому командно-контролирующему стилю управления, ибо время становится решающим фактором и нужны быстрые решения». Однако по окончании кризиса «организации… опираются на собственные прерогативы и автономию» для того, чтобы устранить остаточные явления кризиса, и предпочтительными оказываются «рыночные отношения между контрагентами в сфере public management. Наконец, в бескризисную эпоху целесообразна «кооперация партнеров в форме сети» (Meulemann, 2008. P. vii,).

 

Итак, в связи с формированием сетевой общественно-экономической формации объективно возникает необходимость в посвященных сетевой революции сетевых политических организациях и движениях – своеобразных аналогах шаперонов в социуме.  Они могут разрабатывать желательные сценарии сетевой революции, способствуя их реализации всеми средствами от рекламирования достоинств конструктивных сетей до петиций «власть имущим», а также стремясь улучшить качество возникающего сетевого общества в интересах всего человечества и добиться гармоничного конструктивного взаимодействия разных сетей между собой и с несетевыми структурами (иерархиями, (квази)рынками).   Успех мониторинговой и стимулирующей деятельности шаперонов в локальном и глобальном масштабах во многом зависит от того, в какой степени они приобретут социальное и политическое влияние.

 

[1] Иногда контролеры, впрочем, находятся внутри самой биомолекулы – когда некоторая ее часть выступает как внутренний шаперон, следя за правильной самосборкой всей молекулы

[2] Так, в Пентагоне осознали важность сетевых структур для решения военных задач и разработали доктрину «сетецентрических войн».

Категория: Сетевые структуры в БС и ЧО | Добавил: leader (15.05.2016)
Просмотров: 183 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright MyCorp © 2017 |
Copyright Soksergs © 2017
Разработка и наполнение сайта - Soksergs