Вторник, 21.11.2017, 09:35 Главная | Регистрация | Вход

Категории каталога

Общая биополитика [9]
Сетевые структуры в БС и ЧО [19]
Сетевые структуры в биосистемах и человеческом обществе
Биополитика и микробиология [12]
Материалы - МОИП [5]

Форма входа

Приветствую Вас Гость!

Поиск

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Каталог статейКаталог статей
Главная » Статьи » Сетевые структуры в БС и ЧО

ДЕЦЕНТРАЛИЗОВАННЫЕ СЕТИ В БИОСИСТЕМАХ И ЧЕЛОВЕЧЕСКОМ СОЦИУМЕ: ПЛЮРАЛИЗМ, СОЦИАЛИЗМ И МЕРИТОКРАТИЯ

Сетевые структуры (или просто сети) по-разному понимаются в литературе. Многие из их исследователей интерпретируют сети предельно широко: сеть как любая система из узлов, соединенных связями (рёбрами). Разработан математический понятийный аппарат, в рамках которого созданы концептуальные критерии центральности узлов в сети, равномерного или неравномерного распределения связей между ними (коэффициент кластеризации) и др.

В противовес кратко обозначенному широкому пониманию сетевых структур (сетей), автор поддерживает более узкое истолкование сетей, также находящее себе немало влиятельных сторонников в мире, особенно среди представителей  социальных и гуманитарных наук. В более узкой интерпретации сеть есть структура, в которой отсутствует единый центр (лидер, доминант), так что ее поведение является результатом кооперативных взаимодействий между элементами (узлами), среди которых могут быть несколько частичных лидеров с ограниченным воздействием на систему. Следует отметить, что всемирная паутина устроена во многом именно по данному организационному принципу. В настоящей работе термин «сетевая структура» будет употребляться в узком смысле и противопоставляться  иерархическическим (вертикальным, субординационным) структурам с едином центром активности и в то же время (квази)рыночным[1] (конкурентно-контрактным, индивидуалистическим) структурам, где конкуренция элементов преобладает над кооперацией между ними.

Кооперация между членами сети стимулируется наличием объединяющих сеть целей, норм и установок, которые укрепляют чувство принадлежности к сети, формируют сетевую идентичность, а также сознательными усилиями модераторов (психологических лидеров) в сетевых структурах, которые владеют психотехниками, стимулирующими людей к творческой работе и взаимопомощи в решении задач всей сети.

Сетевые структуры представляют собой «третью альтернативу вертикальному планированию», типичному для централизованной иерархии, а также «анархии рынка». Принципы сетевой организации могут быть реализованы коммерческими предприятиями, научно-исследовательскими лабораториями, социальными движениями и политическими организациями. Как всякая новаторская технология (будь то, скажем. ядерная энергетика или генетическая инженерия), сетевые структуры могут вызывать как положительные, так и отрицательные последствия. Угрозу современному миру представляют, например. «тёмные сети» наркодилеров, гангстеров или террористов. Хотя подобные структуры, включая Аль-Каеду, не имеют централизованной иерархической структуры, они включают влиятельных и потенциально устранимых частичных лидеров (то, что в «сетевой науке» обозначается как «хабы»)

Социальные сети можно проиллюстрировать примером структуры под названием хирама (hirama) (Oleskin, 1996, 2014; Олескин, 2012, 2013 и другие авторские работы). Речь идёт о креативной команде, создаваемой для решения междисциплинарной задачи, Пример  подобной  постановки проблемы:  «Охрана дальневосточного леопарда». Эта междисципли­нарная проблема может быть подразделена на следующие субпроблемы:пресечение браконьерства

  • организация участков прикорма леопардов
  • исследование динамики их популяции (прирост или убыль?)
  • просвещение местного населения с составлением учебных программ по теме «леопард»

Однако членение проблемы на субпроблемы не означает деление коллектива участников на части. Они параллельно работают по нескольким субпроблемам сразу — выступают не как узкие специалисты, а как генералисты (люди с гибкими функциями, переменной специализацией). За каждой из субпроблем закреплен только специализированный частичный творческий лидер, координирующий работу всех участников хирамы по соответствующей теме и протоколирующий их идеи. Специализированный частичный лидер взаимодействует с неспециализированными членами сетевой структуры хирамы. В хираме имеется также психологический лидер, призванный налаживать отношения между индивидами и группами в коллективе и направлять их в конструктивное русло, смягчать конфликты, способствовать успешной работе по всем подпроблемам. Структура может включать также лидера по внешним связям (внешнего лидера), представляющего данную сетевую структуру в социуме, координирующего контакты с другими организациями и озвучивающего те или иные «наказы», петиции и др. документы, выработанные всем коллективом хирамы. Возможны другие частичные лидеры, в зависимости от специализации данной хирамы.

 

Сетевые структуры: потенциальные применения в современных условиях. Несмотря на распространение сетей во всем мире, их потенциальная роль явно недооценена ­– по состоянию на сегодняшний день — в научно-исследовательской, экономической, политической и других сферах.

1. В научно-исследовательской области. В США принципы децентрализованной сети фактически используются командами разработчиков программного обеспечения под общим сетевым брендом The Agile Alliance, которые приняли в феврале 2001 г. (штат Юта, США) в «Манифесте гибкой методологии разработки программного обеспечения». Разработка программ разбивается на короткие циклы (итерации), осуществляемые сетевой командой. Исходя из принципа «личности и их взаимодействия важнее, чем процессы и инструменты», практикуется постоянное общение лицом к лицу (face-to-face) всех членов команды, что уподобляет её первобытной общине охотников-собирателей, занятой групповой охотой или войной с соседями. Большинство agile-команд расположены в одном помещении (bullpen). Сетевая команда включает и заказчика или его представителя, а также тестировщиков, дизайнеров и менеджеров (Cohn, 2010). Аналогичные сетевые лаборатории были бы полезными в разнообразных междисциплинарных разработках – от решения оборонных задач до создания био- и нанотехнологий, от тестирования новых лекарственных препаратов до участия России в проектах освоения других небесных тел.

2. В экономической сфере  могут создаваться как комплексом нескольких предприятий (например, это так называемые «стратегические альянсы»), так и внутри одного предприятия, если его подразделения (дивизионы) приобретают частичную юридическую самостоятельность и заключают контракты между собой («внутренний рынок»). Особый класс сетевых предприятий с большими перспективами в плане высоких технологий представляют малые сетевые предприятия, конкурентноспособные на рынке лекарственных препаратов, био- и нанотехнологий, некоторых оборонных разработок, где рынки насыщаются мизерными количествами продукции (что сводит на нет преимущества крупных компаний). Особый интерес представляют кооперативы (ко-опы), которые находятся в собственности и под управлением самих работников или потребителей (это производственные или потребительские кооперативы). Для многих кооперативов характерна эгалитарная организационная структура. Подобные кооперативы соблюдают принципы добровольного членства, демократического контроля, личной автономии и независимости, что побуждает людей применять аналогичные принципы и в других сферах социума. В руководстве для  членов потребительского кооперативного общества (Consumer Cooperative Society) в г. Гановер (штат Нью-Хэмпшир, США) мы читаем: «Члены кооператива поддерживают его своим патронажем, участвуют в принятии решений, а также делят между собой доходы от деятельности всей организации». Данный ко-оп входит на правах узла в состав сетевой структуры более высокого порядка — Cooperative Grocer Network (2014)

Поскольку сетевые предприятия типа кооперативов опираются на принцип коллективной собственности, то они фактически реализуют экономические принципы социализма в масштабах своих предприятий, несмотря на капиталистическую среду, в которую эти предприятия погружены. “Поворот к социализму» в коммерческих сетевых структурах диктуется структурной логикой сетей, независимо от прагматических целей создателей подобных бизнес-сетей.

 Создание сетевых стратегических альянсов между капиталистическими фирмами обычно ведёт к тому, что хотя бы некоторые из ресурсов входящих в альянс фирм становятся доступными для некоммерческого (т.е. без договоров найма или купли-продажи) применения  всех членов этого альянса. Развитие отношений доверия и лояльности – социального капитала – внутри бизнес-сетей способствует формированию психологии коллективизма и чувства принадлежности к сети («общинности»); всё это отличает сети как от иерархий, так и от капиталистического рынка, который опираются на собственный интерес и в ряде случаев допускает дезинформацию и фактический обман конкурентов.

Возникающий в масштабах сетевого предприятия социализм опирается на деятельность автономных, саморегулируемых экономических акторов  и на децентрализованный механизм принятия экономических решений. Такой «сетевой социализм» напоминает различные, реализованные в истории, варианты самоуправляемого социализма -- от югославских предприятий эпохи Броза Тито до израильских кибуцев. Самоуправляемый социализм предполагает коллективную собственность на средства производства в масштабе предприятий

3. В политической сфере сетевые структуры также допускают, как более подробно заявлено в ранее опубликованных работах авторов, применение на разных уровнях – они могут формироваться на над- или межгосударственном, государственном (национальном) и внутригосударственном (локальном, региональном) уровнях.

Социальные сети могут выступать как генераторы и распространители новых идейных ориентиров и ценностей — фабрики мысли — в социуме. Фабрики мысли (think tanks) представляют собой «независимые, не основанные на интересах каких-либо групп влияния, неприбыльные политические организации, которые осуществляют экспертизу и вырабатывают положения», влияющие на политику. Фабрики мысли могут объединять интеллектуалов-экспертов и выполнять следующие функции: образовательную (просветительскую), экспертно-аналитическую, креативную (например, поиск альтернативных решений политических проблем), коммуникативную, а также в известной мере внедренческую. В нашей стране подобные функции длительное время исполняет, например, сетевая фабрика мысли Центр «Стратегия» (Санкт-Петербург). Её основная задача состоит в следующем (сформулирована в 1999 году, дополнена в 2006 году): «Содействие становлению гражданского общества, правового государства и публичной политике в России, путем реализации проектов и программ, направленных на развитие общественного участия, социального партнерства, ответственности власти и центров публичной политики» (Сунгуров, 2006).

Нельзя не остановиться на независимой от «вертикали власти» системе сетевых структур, которые возникают на добровольной основе и «охватывают церковные, культурные объединения, академии, дискуссионные инициативы» и многое другое (Habermas, 1990). Взятые в целом, эти сетевые структуры формируют основу гражданского общества как «совокупности цивилизационных структур и форм, воплощающихся в… функциях и действиях индивидов, социальных групп, ассоциаций, объединений», образующих «сферу жизнедеятельности между семьёй и государством», которые способны в интересах простых граждан осуществлять демократический «контроль… за функционированием органов государства, т. е. действий чиновников» (Мотрошилова, 2009). Сетевые структуры в рамках гражданского обшества могут включать в себя пулы экспертов, способных проводить анализ широкого спектра злободневных вопросов с выработкой стратегических решений и программ их реализации.

Сетевые структуры, таким образом, могут составить костяк развитого гражданского общества, которое в демократическом мире постоянно взаимодействует с иерархическими властными структурами, помогая им в решении многообразных социальных и политических задач, в том числе гуманитарного характера (призрение бездомных, сирот и др., благотворительные фонды, гуманитарная помощь беженцам, пострадавшим от катастроф людям, регионам, странам). В то же время сетевое по преобладающей структуре гражданское общество способно и к эффективному противоборству с властными структурами, если они принимают социально неадекватные, антидемократические решения.

Гражданское общество в демократическом государстве может оказывать достаточно сильное влияние на политическую систему. Входящие в его состав сети и их представители получают значительную долю политической власти, хотя их никто не избирал и не назначал (Zalessky, 2006). Цитируемый автор (П.С. Залесский) высказал сомнение, что власть таких сетевых структур совместима с принципами демократии. Однако, несмотря на отсутствие формальной процедуры выборов или назначения, сети и их влиятельные члены («хабы») могут быть политически активными благодаря поддержке от больших масс людей в силу своей положительной репутации в обществе. Помимо честности, чувства ответственности, организационных способностей и других социально важных качеств личности, такая репутация опирается также на профессиональную компетенцию членов сетей в плане социально или политически значимых отраслей науки. Эта компетенция выходит на первый план, если политически влиятельные сети гражданского общества включают профессионалов (учёных, педагогов, экспертов), чьи решения по политически релевантным вопросам базируются на знаниях и квалификации.

Cетевые структуры могут усилить собой  влияние высококвалифицированных профессионалов в обществе, способствовать социальному/политическому воздействию их идей и, соответственно, привести к торжеству меритократии в сегодняшнем социуме.

В отличие от более традиционного понимания меритократии, которое было проанализировано Даниилом Беллом (Bell, 1973) и практически применено в Сингапуре, в данном случае высокий социальный статус лучшим из профессионалов присваивает не правительственная комиссия. Такое решение принимают сетевые структуры и в целом гражданское общество; именно их доверие и поддержка позволяют социально признанным экспертам высказываться от имени этих сетевых структур по политическим, экономическим, социальным, культурным или экологическим проблемам.

 

Биологические модели сетевой организации и их творческое применение в сетевых структурах человеческого общества. Сетевые структуры имеют многообразные воплощения в биосистемах, причём весьма важно то, что их организационные сценарии допускают творческое применение – с необходимыми модификациями – в человеческом социуме. Важно подчеркнуть, что биосистемы характеризуются плюрализмом своей организации – многообразием сетевых парадигм, которые также могут содержать ценные организационные рецепты для создателей сетевых структур в различных сферах современного человеческого социума. Например, сетевые структуры, создаваемые в педагогических целях в учебной аудитории, могут «брать на вооружение» многие черты не только нейронных сетей, но и эгалитарных сетевых структур, формируемых некоторыми приматами.

Этот плюрализм сетевых парадигм не прошёл мимо внимания некоторых идеологов сетевого движения в политической сфере.  Так, сторонники антиглобализма и «альтернативного глобализма», организовавшие на рубеже XXI века эффективные акции протеста против Международного валютного фонда и Всемирного банка и связанные с ними сапатисты на юге Мексики, сравнивают политические сетевые структуры с нейронными сетями, но еще в большей степени с структурами насекомых, особенно муравьёв.

«Муравьи учат нас, что работая локально и постоянно делясь наши локальными результатами в глобальном масштабе, связывая всё в мире между собой и создавая множество обратных связей, мы не нуждаемся в том, чтобы „организовывать“ глобальную сеть — да мы этого и не можем делать — сеть будет регулировать себя сама, как рой, как сама жизнь, в ней разовьются необходимые структуры и условия» (Networks.  2003)

Кратко охарактеризуем некоторые важные варианты сетевой организации биосистем; их более конкретное и детальное описание было темой ряда авторских публикаций.

1. Клеточная парадигма, которая характерна, в частности, для колоний и биоплёнок микроорганизмов. Клеточные сети близки к идеальному сценарию плоской сетевой структуры — иерархизация наблюдается в них как исключение, индивидуальность отдельных клеток и их функциональная специализация выражены слабо, хотя эти феномены и существуют в подобных сетях. Наибольшую роль в координации поведения клеточных сетей играет дистантная химическая коммуникация; важным частным примером химической коммуникации являются кворумзависимые (quorum-sensing, QS) системы, которые ставят коллективное поведение клеток в зависимость от плотности их популяций. Координации поведения клеток и их групп способствуют межклеточные биополимерные вещества  (матрикс), которые формируют структуру всей колонии/биопленки, защищают клетки в ней от неблагоприятным факторов и способствуют передачи коммуникативных сигналов в масштабе всей колонии или биопленки.

2. Эквипотенциальная парадигма, реализуемая, например, безлидерными стаями многих рыб, которые характеризуются слабо выраженной индивидуальностью особей в них, слаба и их функциональная дифференциация, а высокая степень координации поведения обеспечивается эстафетной передачей сигналов от особи к особи посредством зрительных стимулов и механорецепции с помощью особого органа чувств рыб -- боковой линии, с известным вкладом химических факторов и, возможно, электрического поля. Крупные стаи склонны сегментироваться, образуя относительно самостоятельные малые «стайки», более слабо связанные между собой. Для эквипотенциальных стай характерна тенденция к нивелированию индивидуальных различий, группированию сходных особей. Система координирующих воздействий целой стаи на особей в ней часто достигает уровня развития, при котором вся стая в некоторых отношениях напоминает единый организм (и хищник сбивается с толку, принимая стаю рыб за одну большую рыбину). Рыбы соблюдают единую геометрию стаи.

3. Модульная парадигма, рассмотренная в авторских работах вслед за публикациями Н.Н. Марфенина (2002) в основном на примере колониальных кишечнополостных, состоящих из многих связанных единым стволом (ценосарком) полипов и медуз, низведённых до роли органов целой децентрализованной сетевой структуры (зооидов). Эта сетевая парадигма характеризуется слабо выраженной индивидуальностью каждого элемента (модуля) и существенной ролью контактных взаимодействий зооидов, которое носит отчасти конкурентный (квазирыночный) характер. Кооперативное взаимодействие элементов в составе сетевого модульного организма обеспечивается взаимодействием двух факторов: 1) структурной связи индивидов в масштабе целой структуры, которая обеспечивается единым «стволом» ценосарком в кормусе кишечнополостных и 2) поведения каждого индивида, зависящего от локальных факторов.

4. Ризомная парадигма, характерная для мицелиальных грибов и названная «в честь» выдвинутой Ж. Делёзом и Ф. Гваттари (1996) постмодерновой философской концепции ризомы как системы, которая не имеет ни начала, ни конца, ни центра, ни центрирующего принципа. В отличии от модульной парадигмы, здесь нет разграничения собственно модулей (полипов или медуз у кишечнополостных) и стволов, которые их связывают в целую колонию. В мицелии гриба есть только эти «стволы» -- нити (гифы) как  однотипные элементы всей грибницы (мицелия), на которых могут развиваться органы целой системы (ризоиды, плодовые тела и др.).  «Путем ветвления и слияния между собой гифы образует сетевидную структуру, которая обозначается как мицелий» (Kuck et al., 2008, S.4).  Достаточно многие виды грибов имеют взаимопереходы между мицелием и дрожжеподобным ростом, когда вместо нитей есть отдельные клетки типа клеток пекарских дрожжей. Если гриб образует мицелий, клетки в составе гиф могут сохранять известную самостоятельность (быть отделенными перегородками друг от друга) или сливаться в единую массу гифы.

5. Нейронная парадигма воплощает в себе способность системы к коллективной переработки информации и принятию решений, к обучению и когнитивной деятельности — к «мышлению». С системной точки зрения важно, что нейронные сети (на примере мозга) сложным образом комбинируют сетевой и иерархический сценарии организации, параллельный и последовательный процессинг информации Сети в социуме можно сравнить с «мыслящим мозгом». Как и эта сложнейшая нейронная сеть, сеть формулирует решение задачи на уровне всего коллектива участников (каждый из которых уподобляется нейрону). Возникает в некоторой степени парадоксальная ситуация, что никто из членов сетевой организации не хранит у себя полную информацию, которой располагает вся сеть..

6. Эусоциальную сетевую парадигму можно рассмотреть на примере социумов муравьев, которые отличаются высокой степенью специализации элементов (особей) с формированием каст (рабочие, солдаты, репродуктивные особи), а также наличием во многих муравейниках временных рабочих групп и более постоянных группировок по специальностям, между которыми складываются иерархические отношения. Определённая иерархизация сетевых структур позволяет характеризовать их как объёмные, в принятой в данной работе терминологии. Однако иерархии в этих системах погружены в общий контекст сетевой организации. В частности, функциональные группы рабочих особей входят в состав децентрализованной сетевой структуры. Обращает на себя внимание также наличие в составе социума насекомых неспециализированных, не задействованных рабочими командами особей. Такой пул неспециализированных и часто малоактивных особей представляет резерв колонии и может быть мобилизован для решения особо важных задач. Эусоциальные структуры многоуровневы, причём имеет место чередование иерархических и сетевых структур по мере подъёма по уровням, по принципу «сеть из иерархий, построенных из сетей, в свою очередь состоящих из иерархий».

7. Эгалитарная парадигма, которая присуша группам шимпанзе. бонобо, капуцинов и предполагает сочетание в той или иной мере выраженной иерархии с наличием социальных норм, ограничивающих права высокоранговых особей и обусловливающих их толерантное поведение по отношению к индивидов низшего ранга, которым обеспечиваются их «права» (например, «право собственности»). Сетевая компонента социальной организации обеспечивается сложной изменчивой структурой межиндивидуального поведения. Оно включает в себя элементы сопереживания (эмпатии), афилиации, кооперации, взаимопомощи, проявляемых независимо от социальных рангов взаимодействующих индивидов. Во многих случаях социальные связи отличаются своей рыхлостью, особенно у шимпанзе, для которого характерен «дисперсный тип» социальных структур — fission-fusion groups (соединяющиеся—распадающиеся группы).

Учитывая неизбежные рамки настоящей работы, приведём лишь несколько кратких примеров применения указанных парадигм в сетевых структурах человеческого социума.

Эгалитарная («шимпанзиная») парадигма оказывается приложимой к организации сетевых творческих лабораторий учёных-энтузиастов, кратко рассмотренных выше на  примерах разработчиков программного обеспечения (The Agile Alliance). Не приравнивая организацию биосоциальных систем животных и структур в человеческом обществе, мы всё же должны отметить известное сходство сетей научных энтузиастов с эгалитарными структурами человекообразных обезьян в следующих отношениях.

  • Уважение индивидуальности и свободы индивида. Каждый учёный (или каждая группа учёных в случае коллективного членства в сетевой структуре) волен заниматься своей индивидуальной тематикой и разрабатывать собственные концепции; эту свободу сетевая структура ограничивает лишь временными, частными обязательствами, обусловленными совместными проектами, публикациями, конференциями.
  • Известная степень иерархичности, связанная с признанием заслуг и научных степеней/званий отдельных членов сетевой структуры (наподобие высокоранговых «сереброспинных самцов» в группах горилл); однако, всё это не дает никому из членов сети права на централизованное лидерство, доминирование.

·               Рыхлые связи между узлами сети, право индивидов или групп свободно вступать в сеть или покидать её (по аналогии с fission-fusion groups, например, у шимпанзе).

Аналогичные «шимпанзиные» принципы можно реализовать в «штучных» сетевых структурах, состоящих (как и группа шимпанзе) из немногих индивидов – крупных бизнесменов, академиков, политиков и призванных решать важнейшие экономические, научные или политические проблемы.

Эусоциальная парадигма, проиллюстрированная выше на примере структур муравьев, также имеет ряд особенностей, дающих «пищу для ума» разработчикам сетевых структур в человеческом социуме. В частности, в муравейнике есть большое число в норму малоактивных индивидов, которые обычно не несут специализированных функций (в отличии от «профессиональных» фуражиров, разведчиков, нянек и др.), но могут быть мобилизованы для участия в выполнении любого срочного задания. В специальных экспериментах уменьшали доступное для муравьев количество колоний тлей, чьими выделениями муравьи питаются. В этой ситуации муравьи мобилизовали часть ранее неактивных индивидов, которые становились членами малых «рабочих команд», охранявших колонии тлей (Новгородова., 2003). В пчелиной семье присутствие немногих мотивированных на оборону семьи особей в улье может побудить менее мотивированных особей к участию в актакующем поведении.

Сетевая структура в социуме, построенная по подобному сценарию – это клуб по интересам, где есть активные участники – частичные творческие лидеры  проектов – и «группы поддержки». Эусоциальная парадигма может быть творчески использована в рамках гражданского общества для создания сетевых клубов идеологической, экологической, гуманитарной, благотворительной направленности; в этом случае создаётся малая подсеть из частичных лидеров (хабов) наряду с большим пулом помощников-генералистов; кроме того, можно комбинировать (на разных организационных уровнях) сетевой и иерархический организационные сценарии.

Ризомная парадигма, кроме воплощения у мицелиальных грибов, может вдохновлять создателей динамичных, меняющих конфигурацию, сетевых альянсов коммерческих предприятий. Взаимопереход дрожжеподобный рост (отдельные клетки)  -- мицелий (клетки связаны в нити) соответствует в мире бизнеса взаимопереходу между группой самостоятельных фирм с чисто контрактным взаимодействием и спаянной единым проектом сетевой структурой, где контракты уступают место работе всех сотрудников в режиме проектной команды, невзирая на бюрократические барьеры между фирмами.

Нейронная сетевая парадигма оказывается востребованной, например, при применении сетевых сценариев в сфере образования. Сетевые сценарии предполагают создание непосредственно в учебной аудитории творческих децентрализованных команд учащихся, объединенных поставленной преподавателем задачей и включающих частичных лидеров, которые координируют и протоколируют работу единого пула участников по разным подзадачам этой общей задачи.

В рамках подобных сетевых интерактивных сценариев преподавания достаточно выигрышной представляется организационная модель, аналогичная нейронной сети. Сеть в целом в этом случае ассоциативно строит образ целого решения поставленной задачи на базе фрагментов, предложенных каждой из творческих подгрупп. Доминантой в ходе самостоятельных работ школьников/студентов по «нейронному» сетевому сценарию должно быть самообучение как каждого индивида, так и на групповом уровне — уровне сети как коллективного «мозга». Как нейронная сеть, учащиеся могут организовываться в несколько «слоёв» (т.е. подгрупп). Одна из подгрупп может специализироваться по сбору информации, необходимой для решения творческого задания (подобно «входному слою» -- input layer -- нейронной сети). Другая подгруппа может процессировать информацию, переданную input layer, т.е. коллективно функционировать подобно «скрытому слою» (hidden layer) нейронной сети или ее искусственных аналогов. Наконец, третья подгруппа учащихся – «выходной слой» (output layer) будет обобщать и оформлять в виде презентации результаты усилий hidden layer. Сценарий будет интереснее, если «выходной слой» сможет напрямую общаться с «входным слоем» и «скрытым слоем», корректируя их деятельность в соответствии с уже полученными результатами. Такая сеть с обратными связями будет организационно аналогичной рекуррентным нейронным сетям Хопфилда.

Авторы убеждены, что процветание России и всего мира не может быть обеспечено без гармоничных взаимоотношений разных типов структур – иерархических, (квази)рыночных, сетевых (а в рамках последних – разных организационных сценариев, в том числе почерпнутых из наших знаний по биологии). Распространение подобных структур в социуме способствует внедрению принципов экономики сетевого социализма, а в политической области – сетевой меритократии и в то же время организационного плюрализма, вытекающего из факта многообразия сценариев сетевой организации как в живой природе, так и в человеческом социуме.  

 

Цитируемая и дополнительная литература

 

Бард А., Зодерквист Я. Netoкратия. Новая правящая элита и жизнь после капитализма. Спб.: Стокгольмская школа экономики в Санкт-Петербурге. 2004.

Делёз Ж., Гваттари Ф. Ризома // Философия эпохи постмодерна: Сборник переводов и рефератов. Минск: ООО «Красико-принт». 1996. С. 7–31.

Марфенин Н. Н. Нецентрализованная саморегуляция целостности колониальных полипов // Журнал общ. биологии. 2002. Т. 63. № 1. С. 26–39.

Мотрошилова Н. В. О современном понятии гражданского общества. // Вопросы философии. 2009. № 6. С. 12–32.

Новгородова Т. А. Внутривидовое разнообразие моделей поведения муравьев Formica cunicularia glauca при трофобиозе // Усп. соврем. биол. 2003. Т. 123. № 3. С. 229–233.

Олескин А. В. Сетевые структуры в биосистемах и человеческом социуме. – М.: URSS. 2012. – 301 c.

Олескин А. В. Сетевые структуры в биосистемах // Журнал общ. биологии. 2013а. Т. 74. № 2. С.47-70.

Сунгуров А. Ю. О центрe «Стратегия» кратко. 2006. Интернет-ресурс: http://www.strategy-spb.ru/index.php?do=about&doc=17

Barabási A.-L. Linked: The New Science of Networks. New York: Perseus. 2002.

Bell D. The Coming of Post-Industrial Society. A Venture in Social Forecasting. New York: Basic Books, 1973

Castells M. The Rise of the Network Society. The Information Age: Economy, Society and Culture. Vol. I. Cambridge, MA; Oxford, UK: Blackwell. 1996.

Castells M. Informationalism, networks, and the network society: a theoretical blueprint // The Network Society: a Cross-Cultural Perspective /M. Castells, ed. Northampton, MA: Edward Elgar. 2004. P. 3–45.

Cohn M. Succeeding with Agile: Software Development Using Scrum. Upper Saddle River (NJ), Boston etc.: Addison-Wesley. 2010.

Cooperative Grocer Network. 2014. Интернет-ресурс: http://www.cooperativegrocer.coop.

Croft D. P., James R., Krause J. Exploring animal social networks. Princeton University Press. Princeton, NJ: Princeton University Press, 2008. 192 p.

Habermas J. Moral Consciousness and Communicative Action. Cambridge (MA): MIT Press, 1990

Kück U., Nowrousian M., Hoff B., Engh I. Schimmelpilze. Lebensweise, Nutzen, Schaden, Bekämpfung. Springer-Verlag: Berlin u. Heidelberg. 2009.

Networks // We Are Everywhere. The Irresistible Rise of Global Anticapitalism /Eds. K. Arier, G. Chesters, T. Credland, J. Jordan, A. Stern, J. Whity. 2003. Интернет-ресурс: http://artactivism.gn.apc.org.

Newman M.E.J. Networks: an introduction. Oxford, New York, Auckland: Oxford University Press, 2012. 772 p.

Oleskin A. V. Making a new case for voluntary cooperation-based fission-fusion structures in human society // Social Sci. Information. 1996a. V.35. N 4. P.619—627.

Oleskin A.V. Network Structures in Biological Systems and in Human Society. Haupauge (New York): Nova Science Publishers. 2014 - 299 p.

Zaleski P. S. Global non-governmental administrative system.// Civil Society in the Making / D. Gawin, P. Glinski (Eds.). Warsaw: IFiS Publishers, 2006

 

Данная работа подготовлена в рамках поддержанного РГНФ проекта “Методология управления сетевыми структурами в контексте парадигмы сложности”, № 15-03-00860.

 

[1] Приставка «квази-» возникает, когда мы применяем эту классификацию к биосистемам или тем фазам в развитии человеческого общества, когда рынка как такового нет, но аналогичные конкурентные отношения реализуются.

Категория: Сетевые структуры в БС и ЧО | Добавил: leader (04.07.2015)
Просмотров: 331 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Copyright MyCorp © 2017 |
Copyright Soksergs © 2017
Разработка и наполнение сайта - Soksergs